Глава Х

Лидия Владимировна Андреева

Лидия Владимировна Андреева — один из старожилов музея. Она пришла работать в Царицыно в 1987 году — в тогдашний Государственный музей декоративно-прикладного искусства народов СССР. К июню 2018 года, когда мы записывали с ней интервью — как выяснилось, последнее интервью Лидии Владимировны — никто из сотрудников музея не работал там дольше нее.

Хотя сама Лидия Владимировна отсчитывала свою связь с Царицыным, «чуть ли не генетическую», с гораздо более ранних времен — от мамы-архитектора.

Мама Лидии Владимировны, Татьяна Владимировна Просвирова (на фото — сидит в центре), родилась в семье врача Уральского казачьего войска, однокурсника А. П. Чехова по университету. Окончив гимназию, она в 1913 году поступила на Высшие женские строительные курсы, которые окончила уже при новой власти, в 1918 году.

В 1920-е многие дореволюционные дома надстраивали на несколько этажей — в рамках решения жилищного вопроса. Татьяна Владимировна как архитектор участвовала во множестве таких строек — в том числе дома 16 по Старопименовскому переулку, где по завершении строительства ее семья получила комнату в коммунальной квартире. Туда в январе 1930 года привезли новорожденную Лидию Владимировну.

В доме было множество альбомов по искусству. Лидия Владимировна вспоминала, что «выросла на всматривании». «Я много болела, и когда болела, я садилась в кровати, мне клали на колени альбом и забывали обо мне, а я о них».

Эта насмотренность потом очень помогала в университете.

И. Билибин, 1908

Открытка Общины св. Евгении, 1910

В. Бобров, 1889

В 1947 году Лидия Владимировна поступила на отделение истории искусства Филологического факультета МГУ.

А в 1949 году первый раз приехала в Царицыно.

Год спустя ее учитель, профессор Михаил Андреевич Ильин, писавший книгу о Баженове, привез туда всю группу (Лидия Владимировна на фото — сидит вторая слева).

В следующий раз Лидия Владимировна приехала в Царицыно почти 40 лет спустя, осенью 1987 года — работать.

К тому времени она уже 28 лет была сотрудником Института искусствознания и видным специалистом по предметному искусству ХХ века, занималась фарфором — и из института никуда уходить не собиралась.

Незадолго до того Министерство культуры рекомендовало музею — на тот момент Государственному музею декоративно-прикладного искусства народов СССР — перейти от этнографии и традиционных форм искусства к современной художественной жизни.

Лидии Владимировне представилась возможность “натурализовать” то, чем долгие годы она занималась в теории.

Царицыно конца 1980-х представляло собой живописные руины, зараставшие лесом. Представить там экспозицию было довольно сложно — никаких помещений для нее не было.

Несмотря на это, а может именно благодаря этому, Лидия Владимировна решила попробовать, и в результате осталась в музее — «музэе», как она сама всегда говорила — почти на 30 лет.

Первой закупкой Андреевой для коллекции музея стала серия эскизов для ткани Любови Поповой — одной из звезд русского искусства начала прошлого века, одной из «амазонок авангарда». История этой покупки сама по себе — отдельный сюжет.

Лидия Владимировна еще со студенческих лет дружила с искусствоведом Д. В. Сарабьяновым. У Сарабьяновых хранились эскизы Поповой, спасенные когда-то от безвестной смерти архитектором А. А. Весниным. Тот в конце жизни в свою очередь передал это наследство своей коллеге, будущей теще Д. В. Сарабьянова. Придя работать в Царицыно, Лидия Владимировна вспомнила эту историю и предложила Сарабьяновым купить у них несколько эскизов, которые те хранили на антресолях в шляпной коробке. В результате ценой 2000 рублей музей стала обладателем 99 работ: эскизов, рисунков и коллажей художника, которого спустя всего несколько лет признали одним из главных имен русского авангарда.

Лидия Владимировна вспоминает, что рынка искусства в то время просто не существовало. Работы, будущие рекордсмены аукционов, тогда висели у антикваров на Арбате за смешные деньги.

Ситуация в те годы менялась стремительно. Русским искусством все больше интересовались иностранцы, цены росли. Одновременно с этим разваливалась промышленность — закрывались фарфоровые, текстильные заводы — производство того самого современного декоративного искусства, которым занималась Лидия Владимировна в Царицыне.

Музейщики, скупая коллекции на заводах, буквально спасали их от уничтожения. Лидия Владимировна в связи с этим вспоминает тогдашнего директора музея, бывшего военного — Всеволода Ивановича Аниковича.

Одновременно с этим музей постепенно ремонтировал здания дворцового ансамбля, приспосабливая их для экспозиций и выставок. Первая экспозиция на территории Царицына открылась в 1994 году во Втором Кавалерском корпусе — восьмиграннике.

На Большой дворец тогда еще не замахивались, ближайшей в планах была реставрация Хлебного дома.

Пожары Хлебного дома хорошо помнят не только сотрудники музея, но и окрестные жители. В результате открыть там экспозицию получилось только в 2006 году.

До тех пор выставки проходили в Оперном доме, Малом дворце…

…или просто на улице.

Лидия Владимировна за эти годы собрала большую часть нынешней коллекции декоративно-прикладного искусства музея и провела десятки выставок. В 1995 году ей было присвоено звание Заслуженного деятеля искусств РФ, а в 2014 году она стала почетным членом Российской академии художеств.

7 августа 2018 года Лидия Владимировна скончалась.

На финал нашей истории мы оставили фрагмент разговора с ней о Баженове, который для нее был не иконой из прошлого, а великим собеседником, а также о Казакове и его Большом дворце.

Крестьянская улица, дом 32

Тамара Николаевна Родина

Лепнина, Борис Савинков, гурзуфский санаторий и другие секреты и истории Дачи Кондрина